Владимир Фундатор

Людзі. Падзеі. Факты Люди и судьбы Червенщина

В последнее время мы узнали о многих неизвестных ранее людях, родившихся в Червене. Этому, наряду с кропотливой работой музейщиков, способствуют публикации газеты «Районный вестник», благодаря которым к нам возвращаются незаслуженно забытые имена земляков.

Дом, где жил Владимир Фундатор.

Среди людей, прославивших Червенщину, должно быть и это имя: Владимир Исаакович Фундатор, учёный-металлург, специалист в области литейного производства.

Родился он в Игумене, здесь учился в школе, сюда приезжал в отпуск из Москвы. Вот только после войны навещать стало некого. Родители Исаак Израилевич и Мария Иосифовна 1 февраля 1942 года были расстреляны вместе с  сотнями узников Червенского гетто.

Дом Фундаторов находится на улице Чапаева (ранее Червякова), дом 6. Он и сейчас выглядит почти также, как в то время, когда тут проживала небольшая по меркам начала века еврейская семья: родители с двумя сыновьями — Володей и Борисом. Исаак Фундатор был известным в округе столяром-краснодеревщиком, уважаемым человеком. Сыновья учились в школе, в свободное время осваивали семейное ремесло. В доме Фундаторов был образцовый порядок и доброжелательная атмосфера, туда с удовольствием приходили друзья сыновей.

Ирина ВАБИЩЕВИЧ, старший научный сотрудник районного краеведческого музея

Видимо, продолжать бы сыновьям отцовское дело, ведь столярничали они лет с двенадцати, но революция и последовавшие за ней перемены в жизни тихого уездного Игумена изменили и жизнь Владимира Фундатора.

Исаак Фундатор воспитывал детей в строгости, считал, что столяры должны делать мебель, а не заниматься устройством общества, но игуменская молодежь уже не могла оставаться в стороне от происходивших в уезде событий. Несмотря на запреты отца, Владимир вместе с ровесниками ходил на митинги и собрания, организуемые новой властью.

9 декабря 1918 года в Игумен вошли войска 16-й армии, боровшиеся с белополяками в Белоруссии. Работники политотдела армии разместились в доме Фундаторов, который находился недалеко от уездной управы (сейчас здание музея), да и семья по понятиям тогдашнего времени была дружественной новой власти, рабочей: в мастерской отца работали уже оба сына.

12 августа 1919 года Красная Армия покидает Игумен. Уезд оккупируют польские войска. Возобновлена частная собственность на землю, закрыты многие предприятия. Проводятся репрессии против местного населения. Но они не могут остановить сопротивление жителей уезда. На всей территории действуют партизанские отряды. На улицах города появляются листовки с обращением Ленина и ревкома Польши к польским  солдатам на польском и русском языках. Они призывали к отказу от участия в военных действиях против большевиков, провоцируемых польскими помещиками и мировым империализмом. (В Игумене, в частности, военными советниками при частях польской армии были французские офицеры).

“Кто же расклеивает по ночам листовки, не боясь угроз польских властей расстрелять пойманных на месте?” — спрашивали друг у друга жители Игумена. “Видимо, в городе работает большевистское подполье,” — считали многие. А распространяли агитационные листовки два еврейских подростка: 16-летние Володя Фундатор и его одноклассник Меер Нисневич. Покидая город, работники политотдела посчитали их достаточно надежными и лояльными новой власти, чтобы доверить 10000 листовок. Небольшие листочки с текстом  ребята проносили под одеждой, разбрасывали на площади, в местах дислокации польских войск, расклеивали на заборах. Понимание, что делают они нужное дело, пришло после того, когда юноши заметили, как многие солдаты украдкой подбирают листовки и прячут в карманах.

Молодости склонно бесстрашие, совмещенное в данной ситуации с революционной романтикой. Вряд ли Володя осознавал, насколько опасным делом занимается до того момента, как узнал, что польская контрразведка арестовала Меера Нисневича, схватив его на улице при распространении очередной партии листовок. Впоследствии Владимир Фундатор вспоминал: так велика была вера в дружбу и преданность общему делу, что даже тайник с листовками остался на прежнем месте в доме на улице Чапаева, в котором работников политотдела 16-й армии сменили польский офицер и два его денщика.

От смертной казни Меера спасло то, что в тюрьме он заразился тифом, был переведен в тюремную больницу, откуда перед самым наступлением Красной Армии  буквально вынесен на руках другом Володей после операции, в которой участвовал медперсонал больницы.

9 июля 1920 года оба парня на окраине Червеня встретили разведчиков Красной Армии, наступающей со стороны Бобруйска, чтобы сообщить им, что три дня тому назад белополяки оставили город, напуганные слухами о наступлении конницы Буденного.

После того, как в городе опять была установлена советская власть, Исаак Фундатор перестал противиться включению сыновей в новую жизнь. Несмотря на то, что в артель он так и не вступил, оставшись кустарем-одиночкой.

И Владимир, и Борис покинули отчий дом, получили высшее образование, Владимир обосновался в Москве, женился, приезжал в родной город с женой и детьми. На видном месте в буфете родительского дома стояли книги, подаренные старшим сыном. Вряд ли родители понимали, чем на самом деле занимается Владимир, но гордились тем, что он настоящий ученый,  Имя заслуженного изобретателя РСФСР, лауреата премии Совета Министров СССР Владимира Исааковича Фундатора знакомо всем, кто связан с литейным производством. Но не всем известно, что он принял самое непосредственное участие в разработке дизельного двигателя знаменитого танка Т-34.

В  самом начале войны летом 1941 г. гитлеровская армия неожиданно для себя встретилась с советскими танками Т-34, которые продемонстрировали свое превосходство над немецкими танками уже в боях у Днепра, Тулы, Орла и под Москвой.  Конструкторы, создавшие Т-34, обеспечили три основные характеристики: огневую мощь,  броневую защиту и маневренность, которые и определили превосходные боевые качества новой машины. Крупнейший немецкий танковый командир Гудериан потребовал создать авторитетную комиссию и срочно направить ее на фронт для изучения захваченных Т-34.

От немецких войск с Восточного фронта поступило предложение скопировать Т-34 и выпустить в немецком варианте. Но оно было отвергнуто. Как вспоминал тот же Гудериан, «конструкторов смущало не отвращение к подражанию, а невозможность выпуска с требуемой быстротой важнейших деталей Т-34, особенно алюминиевого дизельного мотора».

Корпус двигателя был изготовлен из силумина, сплава алюминия с кремнием, что уменьшило его массу и, соответственно, массу танка и этим обеспечило высокую удельную мощность двигателя.

По зарубежной технологии, применяемой в США, Англии, Франции и Италии в 30-е годы, заливка и модифицирование силумина осуществлялись в графитовых тиглях.

В 1936 г. на подмосковном авиационном заводе молодой инженер-литейщик Фундатор изучал причины высокого брака силуминовых моторных отливок и занимался его устранением. В 1938 г. В. И. Фундатором совместно с И. Колобневым и Е. Неткиным была создана новая технология получения высококачественных отливок из силумина в электротиглях взамен графитовых. Но внедрение новой технологии осуществлялось с большими трудностями. Порой военпреды отказывались принимать детали, изготовленные по этому процессу, не доверяя отечественному опыту.

За два года до войны В. И. Фундатор обратился к Председателю СНК СССР с предупреждением о том, в каком положении может оказаться оборонная промышленность по выпуску моторных отливок, ориентируясь на зарубежную технологию и единственный завод, производящий графитовые тигли. В 1940 г. указанные выше изобретения были признаны важными, имеющими оборонное значение и принято решение об их внедрении на оборонных предприятиях.

В июле 1941 г. СНК СССР освободило Владимира Фундатора от всех других работ для быстрейшего внедрения его изобретений на Уралмаше и Челябинском заводе. Он сутками не выходил из горячих цехов, налаживая выпуск двигателей Т-34. В сложнейших условиях перевода промышленности на Урал и в Сибирь танкостроители сумели наладить массовое производство столь необходимых фронту танков.   Если в 1942 г. было произведено 5 тыс. танков, то в 1943 г. — уже 10 тыс. Всего за годы войны было выпущено 40 тыс. танков Т-34. Для сравнения: немцы всего за годы войны выпустили 9 тыс. танков типа «Тигр» и «Пантера». Фашистской Германии темпы, заданные нашим тылом, оказались не по силам.

Во время войны танк Т-34 был тщательно обследован в английской школе танкостроения. Отчет английских специалистов о Т-34 представляет особый интерес. «… Если принять во внимание, что Россия совсем недавно создала тяжелую промышленность и что значительная часть индустриальных районов занята противником, создание и производство таких высококачественных танков в таком большом количестве представляет собой инженерно-техническое достижение самого высокого класса».

Сейчас, когда завеса секретности снята с оборонных работ того времени, можно сказать, что большой вклад в танкостроение внес молодой ученый-литейщик, в ту пору кандидат технических наук Владимир Фундатор, выходец из простой еврейской семьи провинциального Игумена.

По свидетельству родных в 1944 году В.И.Фундатор был представлен к Сталинской премии за свои разработки, но так и не получил ее.

О том, что происходило в родном городе в то время как Владимир Исаакович находился на Урале, налаживая производство танковых двигателей,  он узнал только после освобождения Беларуси. Его дочь, Нинель Владимировна Волох, вспоминает, что отца настолько мучила боль за зверски убитых родителей, что он поставил перед собой практически невыполнимую в то время задачу: установить на месте расстрела узников гетто памятник с надписью «Евреям — жертвам фашизма» на русском языке и идиш и перечнем фамилий погибших. Владимир Фундатор начал переписку с родственниками узников гетто, составлял списки жертв. Была собрана сумма в 15 000 рублей. На эти деньги на Московском заводе «Станколит»  заказали металлические плиты с выгравированными на них именами. На каждой из плит предполагалось высечь примерно 25 имен, а сам памятник должен был состоять из сорока подобных плит. Организаторы столкнулись с финансовыми трудностями, которые помешали закончить работу. 14 сентября 1946 года Владимир Фундатор обратился к председателю Еврейского антифашистского комитета Соломону Михоэлсу с письмом следующего содержания:

«Посылаю Вам фото первой плиты на могиле жертв фашизма в г. Червене…  Всего будет отлито 40 штук плит. Прошу Вашего ходатайства перед Советом Министров Белорусской ССР об отпуске 30 000 р. на установку памятника на могиле жертв фашизма в г. Червень дополнительно к собранным нами 15 000 р. на изготовление указанных плит в Москве. Некоторые советуют вмонтировать указанные плиты в боковую стену одного из каменных домов в самом городе Червень, а на могиле жертв фашизма установить одну плиту с общей надписью».

Неизвестно, связывался ли Соломон Михоэлс с правительством Белоруссии по этому вопросу, однако, учитывая сложное, а иногда и явно враждебное отношение властей к увековечению памяти жертв Холокоста, логично предположить, что реакция на его обращение, скорее всего, была бы отрицательной.

Деятельность группы Фундатора по установке памятника в Червене была приостановлена под предлогом того, что в стране в плановом порядке возведут памятники всем жертвам нацизма без различия национальности. Заготовленные таблички исчезли. По версии родственников людей, собиравших деньги на памятник, с которыми я беседовала, их вывезли за пределы города, похоронив в болоте. Было это якобы недалеко от Замятовки, где находится памятник погибшим евреям.

Дальнейшее развитие событий подробно изложено в статье Леонида Смиловицкого «Это было в Червене», опубликованной в книге «Катастрофа евреев в Белоруссии. 1941-1944 «.

Владимиром Исааковичем заинтересовались органы госбезопасности. Они начали выяснять «истинные причины» переписки с родственниками погибших евреев Червеня. Еще немного, и Фундатор мог стать одним из репресированных «агентов международного сионизма». Ученого уволили с работы и в 1949 — 1951 гг. он оставался не у дел. Помогло только вмешательство Ильи Эренбурга. По звонку из ЦК КПСС Фундатора, наконец, трудоустроили заведующим литейной лаборатории в институт. Однако в 1953 г., в связи с «делом врачей», снова уволили.

Возможно, только смерть Сталина спасла ученого от ареста. Фундатора приняли на работу во Всесоюзный научно-исследовательский институт литейного машиностроения (ВНИИлитмаш) в Москве, где он проработал до своей кончины в 1986 г., получив заслуженное признание как автор большого количества научных работ.

Памятник узникам Червенского гетто был установлен в 1968 году. На его открытие приезжал Владимир Фундатор, как и огромное количество родных и близких погибших. Его очень расстроило то, что на памятнике кроме надписи: «Здесь покоятся останки более 2000 советских граждан, расстрелянных в Червене немецко-фашистскими варварами 2 февраля 1942 г.» не была выбита ни одна фамилия. Вернувшись из Червеня, Владимир Исаакович попал в больницу с диагнозом инфаркт миокарда. Больше на родину он не приезжал.

Владимир Фундатор прожил долгую, заполненную любимой работой жизнь, умер в возрасте 83 лет прямо в своей лаборатории. Его дочь, Нинель Владимировна Волох, продолжила дело отца, тоже стала ученым-литейщиком. Сын — Юлий Владимирович Фундатор (1933), кандидат технических наук, специалист в области лазерной техники.

Ирина ВАБИЩЕВИЧ,

старший научный сотрудник районного краеведческого музея


 



1 комментарий по теме “Владимир Фундатор

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *